Вопросы правосубъектности несовершеннолетних в медицинском праве


Говоря о правосубъектности несовершеннолетних, большинство юристов сразу вспоминают о мелких бытовых сделках, распоряжении своим заработком и основаниях предоставления полной дееспособности. Но если посмотреть на лицо в возрасте от 14 до 18 лет с позиции «человека в белом халате», открывается ряд

Eng
Ua

Ru

Вопросы правосубъектности несовершеннолетних в медицинском праве


6 июня 2019

Говоря о правосубъектности несовершеннолетних, большинство юристов сразу вспоминают о мелких бытовых сделках, распоряжении своим заработком и основаниях предоставления полной дееспособности. Но если посмотреть на лицо в возрасте от 14 до 18 лет с позиции «человека в белом халате», открывается ряд вопросов относительно того, что же может и не может реализовать самостоятельно несовершеннолетний в сфере здравоохранения.

Сложность вопроса правосубъектности несовершеннолетних в медицинском праве обусловлена тем, что существует ряд коллизий в законодательстве. Даже при самом простом вопросе – о праве на информацию о состоянии здоровья – мы сталкиваемся с ними. Статья 285 Гражданского кодекса Украины (далее – ГК Украины) говорит о том, что совершеннолетнее физическое лицо имеет право на достоверную и полную информацию о состоянии своего здоровья, в том числе на ознакомление с медицинскими документами, касающимися его здоровья.  В то же время предшествующая ей статья 284 устанавливает, что физическое лицо, которое достигло 14 лет и обратилось за оказанием ему медицинской помощи, имеет право на выбор врача и выбор методов лечения согласного его рекомендациям. Не кажется ли вам, что невозможно принять взвешенное решение о выборе метода лечения, не обладая информацией о состоянии здоровья? Аналогичные нормы дублируются и в Основах законодательства Украины об охране здоровья (статьи 39 и 38 соответственно) (далее – Основы).

Кто же имеет право на получение информации о состоянии здоровья несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет? Верно, его родители (усыновители) либо попечители. То есть, если  следовать букве закона, создается следующая цепочка: врач доносит информацию о состоянии здоровья законным представителям несовершеннолетнего, они, в свою очередь, передают или не передают ее ребенку, а он принимает решение о выборе метода лечения. И все было бы неплохо (странно, но неплохо), но ведь согласно логике статьи 285 ГК Украины и статьи 38 Основ лицо, достигшее 14 лет, может самостоятельно обратиться за медицинской помощью. Получается что? Несовершеннолетний самостоятельно обратился за помощью, выбрал врача, но для того, чтобы получить информацию о состоянии здоровья для адекватного выбора метода лечения должен позвать родителей?.. Или принимать решение вслепую?..

Статья 43 Основ говорит о том, что для применения методов диагностики, профилактики и лечения необходимо согласие информированного в соответствии со статьей 39 Основ пациента. Да, именно той статьей, которая предполагает информирование совершеннолетнего. При этом 43 статья Основ еще раз напоминает, что с согласия законных представителей вмешательство осуществляется только в отношении малолетних (до 14 лет) и недееспособных, остальные пациенты дают согласие сами.

Интересным является также то, что отказаться от лечения имеет право только тот пациент, который обладает полной дееспособностью и осознает значение своих действий и может управлять ими. То есть, несовершеннолетний, давший согласие на лечение, потом не может от него отказаться?.. Если мы припомним, что на момент предоставления согласия и выбора метода лечения он не имел полной информации о состоянии своего здоровья, картина получится крайне печальной.

Что же делать (или не делать) с совершеннолетними? Как толковать нормы закона, и где грань самостоятельности несовершеннолетнего пациента?

Идеальным вариантом, по мнению автора, является ситуация, когда за помощью несовершеннолетний обращается вместе с одним из законных представителей. В таком случае, у нас присутствует и лицо, которое абсолютно точно имеет право на полную информацию о состоянии здоровья пациента (законный представитель), и лицо, которое осуществляет выбор методов лечения и предоставляет согласие на медицинское вмешательство (несовершеннолетний пациент). Как и в каком объеме донести информацию такому пациенту – решение, принимаемое в каждой конкретной ситуации с учетом норм закона и состояния здоровья пациента. Информированное согласие на медицинское вмешательство в таком случае возможно получить и от ребенка, и от его законного представителя.

Подзаконные нормативные акты также не добавляют ясности в вопрос правосубъектности несовершеннолетних. Так, например, существует утвержденная Министерством здравоохранения форма первичной учетной документации № 063-2/о «Информированное согласие и оценка состояния здоровья лица либо ребенка одним из родителей или иным законным представителем ребенка на проведение прививки или туберкулинодиагностики». Из самого названия становится очевидным, что субъекты согласия разделены на взрослых, которые самостоятельно могут оценить свое состояние здоровья и дать согласие на прививку, и детей, за которых это делают законные представители. Согласно статье 6 Семейного кодекса Украины правовой статус ребенка имеет лицо до достижения им совершеннолетия, то есть 18 лет. Следовательно, форма согласия на проведение прививки либо туберкулинодиагностики не подразумевает возможности самостоятельного предоставления такого согласия несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет. При этом, возвращаясь к нормам Основ и ГК Украины – именно несовершеннолетний дает согласие на проведение медицинского вмешательства, а прививка либо туберкулинодиагностика в любом случае являются медицинским вмешательством.

Как быть в данной ситуации? По мнению автора, форму согласия на проведение прививки либо туберкулинодиагностики должны заполнять законные представители такого несовершеннолетнего. При этом обязательным также является наличие согласия на медицинское вмешательство по форме 003-6/о от самого несовершеннолетнего, и именно наличие его согласия является ключевым фактором при принятии решения о проведении прививки или туберкулинодиагностики. То есть, даже при наличии согласия родителей никакое медицинское вмешательство не может быть проведено вопреки воле несовершеннолетнего пациента кроме случаев, когда имеются признаки прямой угрозы жизни пациента и его согласие на вмешательство невозможно получить по объективным причинам.

Как видите, вопрос правосубъектности несовершеннолетних в медицинском праве является довольно непростым. В свете существующих коллизий, а также самой сути медицинской сферы, в которой человеческий фактор имеет огромный вес, решение о предоставлении информации и проведении медицинского вмешательства несовершеннолетнему каждый раз принимается врачом с рядом оговорок и сложностей. Фактически, каждый раз врач балансирует между неукоснительным соблюдением предписаний законодательства и достижением целей лечебно-диагностического процесса. В силах законодателя изменить эту ситуацию, позволив врачу заниматься его непосредственной работой – спасать жизнь и оберегать здоровье пациента.

Юрист ЮKK «Де-Юре» Наталья Ляшенко